Бурятская буддийская архитектура малых форм

31158

Капитальное строительство на территории Бурятии имеет долгую историю, идущую со времен хуннов и особенно яркую в эпоху Монгольской империи, когда в Забайкалье были построены города, оседлые поселения, и в том числе первые буддийские храмы. Мы же рассматриваем только тот период, когда среди монгольских этнических групп Юго-Восточной Сибири получил широкое распространение этноним бурят. Этот критерий, разумеется, вполне условен, потому что ононские хамниганы, говорившие на диалекте монгольского и интегрированные в структуру бурятского буддизма, вплоть до создания бурятской национальной государственности не называли себя бурятами.

Как правило, историю раннего бурятского буддизма ведут с 17 века, когда на территории Бурятии уже существовали так называемые кошмовые храмы, точнее дуганы, устроенные в войлочных юртах. Между тем, истоки бурятской буддийской архитектуры, на мой взгляд, являются отдельным вопросом, который может и не быть напрямую связанным с укоренением буддизма у населения Бурятии. Дело в том, что некоторые конструкции буддийской архитектуры малых форм, встречающиеся на территории Бурятии, могут иметь более древнюю или более протяженную историю, чем история бурятского буддизма. Некоторые традиции могли в определенное время перестать ассоциироваться с буддизмом или, напротив, приобрести буддийское содержание. Известно, что золотая статуэтка Будды, обнаруженная китайцами у хуннов, использовалась теми для жертвоприношений Тэнгри. Подобно этому случаю, возможны и другие примеры проникновения буддийских элементов материальной культуры к народам севера Центральной Азии.

Обоо - пирамиды Центральной Азии

Одним из не вполне ясных по своему происхождению является традиция строительства таких культовых конструкций как обоо. Представляя собой конусовидное сооружение из камней или древесных стволов, обоо служит объектом развитого культа. Не возникает сомнений в том, что в нем слились разновременные по происхождению элементы, в частности такие как культ военных предводителей, культ предков, культ оружия и культ гор. Понятно также и то, что сама конструкция изначально была не объектом поклонения, а предметом (с функцией близкой алтарю), служащим для поклонения настоящему объекту культа, но постепенно в сознании рядовых верующих обоо стало воплощать почти все связанное с забывающимся героем былых преданий и мифов.

В Бурятии сейчас встречаются обоо, служащие объектом поклонения почти сами по себе, без отсылок к каким-либо персонажам, даже имен которых не сохранилось. Впрочем, и те обоо, что были воздвигнуты в честь конкретных бурятских военных предводителей и чем-то прославившихся политических деятелей, по преданиям похороненным в данной местности, существуют как бы не вполне слитно с культами этих героев. Сооружения, как правило, не считаются захоронениями воинов, хотя и содержат внутри защитное вооружение, а снаружи – различное холодное оружие. Тем не менее, обоо находятся в центре обряда почитания героя, выполняя функцию чего-то наподобие памятника погибшим воинам, хотя такое восприятие не свойственно самим участникам обряда.

Не вдаваясь в подробности смыслового содержания различных пластов духовной и материальной культуры, органически вошедших в культ обоо, отметим один важный момент. Конструкции типа обоо не распространены у западных бурят Приангарья, язычников и шаманистов, а также у якутов, что побуждает задуматься о времени появления такой традиции у восточных бурят и монголов. На первый взгляд, в структуре культа столь много древних элементов, что создается впечатление исконности и центрального объекта, т.е. самой конструкции. Однако аналогичные культы военных предводителей у западных бурят показывают сходство во всем, кроме наличия обоо. Это важный момент, потому что в очень похожих культах военных героев у хоринцев (восточных) и эхиритов (западных), первые строят каменные или деревянные пирамиды на горе (и/или у подножия), а вторые – не делают этого. В тех же редких случаях, когда обоо обнаруживаются у западных эхиритов (почти исключительно в Ольхонском районе, где издавна было заметно влияние хоринцев), они выстроены не на важнейших территориальных и родоплеменных культовых центрах, а на сакральных объектах семейно-родового или узколокального уровня.

В монгольских регионах буддизм после поражения династии Юань в Китае пришел в упадок, не успев пустить глубоких корней в народных массах. В таких условиях было бы неудивительно наблюдать забвение тибетских и буддийских корней некоторых элементов культуры, тем более, что сами они могли сохранять более древние, добуддийские пласты. Существование в Бурятии обоо, внешне никак не связанных с буддизмом и не ассоциировавшихся с ним первыми ламами и народом, можно считать фактом, следуя работам такого крупного религиоведа как К.М. Герасимова.

Ламаизация старых обоо продолжалась на протяжении 18-19 веков и выражалась в основном в написании тибетоязычных обрядников, чтением молитв ламами вместо прежних родовых предводителей и старейшин, иногда – переименованием персонажей и всего культового объекта. На горах Тэмэгэтэ и Эжир-уула в Заиграевском аймаке ламами или по их описаниям были выполнены изображения военных предводителей, по легенде похороненных на этих горах.

В 19 веке ламы провели большую работу по систематизации культа обоо, в этот период вырабатывались в том числе и правила устройства конструкции. В работах ламы Ваджрадара Мэргэн Диянчи отмечается существование старинных рукописей, посвященных культу обоо, и выражается намерение составить новые обрядники, потому что прежние стали непонятны для буддистов и при этом «невозможно противиться желающим устраивать обоо». Внутрь конструкции по обряднику Мэргэн Диянчи следует закладывать панцирь, шлем, оружие и платье, кушанья, посуду, шелковые ткани и лекарства. Кроме того возможны варианты наружного украшения: посадка деревьев или установка изображения Гаруды, также не возбраняется согласно с древними обычаями водружать лук, стрелы, копья и мечи. В каждом слое обоо предписывается класть листы с молитвами и изображения животных. Вокруг центрального конуса обрядник рекомендует строить двенадцать малых, таким образом, чтобы символизировать срединную гору Сумэру и 12 частей света. В Бурятии последний вариант не получил широкого распространения, такие ансамбли из 13 обоо строили в основном ламы и прихожане агинских дацанов (подробнее об этом см. работы К.М. Герасимовой).

В Бурятии постепенно происходил процесс увеличения количества обоо, потому что поначалу ламы считали этот вид сооружений (в буддийской форме) подходящим для борьбы со старыми шаманскими культами. В добуддийский период культ обоо не был шаманским, обряды на нем проводились не шаманами, а сами пирамиды не сооружались на местах шаманских захоронений, которые почитались отдельно со своими особыми правилами оформления территории, где не предусматривалось строительства каменных или деревянных пирамид. В 18-19 веках ламы начали сооружать новые обоо именно на местах бывшего шаманского культа, из-за чего сегодня многие связывают с ним вообще всю традицию строительства каменных пирамид.

В ряде местностей, где имеются древние обоо, очевидцы порой оценивают их размеры в 10 и более метров высотой. К сожалению, конструктивные особенности высоких обоо в Бурятии не изучены, но можно предполагать, что, скорее всего, подъем валунов на верхние ярусы осуществляли с помощью деревянных накатов или временных земляных насыпей. Во всяком случае при строительстве верхних этажей дацанов обычно устраивали дощатый накат, по которому втаскивали на тросах детали конструкции. Другим способом строительства высоких пирамид могла быть обкладка крупными камнями природного объекта наподобие холма. Не исключаются и смешанные варианты, когда сначала могли насыпать земляной курган, который в свою очередь мог иметь в основе бревенчатый сруб или иную конструкцию.

В таежных районах, особенно в Хори, высокие пирамиды строили порой из прямых древесных стволов, устанавливаемых под наклоном к центру, но опять же не вполне ясно, как их скрепляли. Технология строительства больших обоо в целом слабо исследована, нет даже систематизации данных о существующих типах бурятских культовых пирамид, поэтому пока мы можем говорить о методах их возведения только в предположительном ключе.

Для сравнения можно привести описание обоо в Северной Халхе, где сложенный из камней холм около 10 метров высотой сопровождался специальным жертвенником «на южной стороне холма, четыре стороны которого были ориентированы по странам света», причем «в южной стене оставляли проход, а внутри ограды помещали плиту, на которой, очевидно, совершалось жертвоприношение. На вершине каменного холма ставили шест с изображением воздушного коня (хий морь)…». По склонам горы почти до подножия выкладывались небольшие каменные кучки, расположенные на условных линиях, расходящихся от центрального обоо как лучи. В описании много непонятных моментов, касающихся самых интересных с конструктивной точки зрения элементов, но в общем понятно, что и в Халхе обоо, строившиеся около середины 17 века, иногда представляли собой комплекс непростых сооружений. К описанному типу относится в частности обоо, устроенное после погребения одного из цэцэн-ханов. В Халхе, кстати, термином обоо на исходе средневековья обозначали курганный тип надмогильных конструкций, воспринимавшийся ламами как пережиток прежних языческих традиций.

Новые бурятские обоо, сооружавшиеся в 18-19 веках по инициативе лам, были значительно скромнее размерами, зато нередко брали пышностью оформления. Вместо прежних березовых веток-тγγргэ и зγхэли из шкур жертвенных животных ламы водружали рядом с пирамидой похожие на старинные знамена символы победы буддизма жалсан’ы, флажки с текстами молитв дарсаг’и, молитвенные барабаны, флаги хийморин, нередко создавали иконографические рисунки или скульптуры в тибето-буддийской традиции и т.д.

Развевающиеся флажки и веером расходящиеся древки копий и оружия типа нагинаты придавали конструкции величественный и при этом динамичный облик. На некоторых бурятских обоо рубежа 19-20 вв. можно видеть даже русские штыки, прикрепленные к древкам, хотя в основном использовались традиционные копья и саблевидные клинки на древках (бур. hэлмэ жада). Рядом с обоо военного предводителя Хашха-бухэ на Барагхане до сих пор хранятся наконечники копий, трезубцев и сабельные клинки. На небольших родовых обоо обходились просто заостренными кольями с привязанными флажками. Расположение древков здесь также веерообразное, причем так они выглядят при взгляде с любой стороны, потому что колья располагаются концентрически, иногда на нескольких ярусах. Видимо в 19 веке появилась форма уступчатого конуса, сооружаемого, судя по всему, из кирпича, приблизительно по той же технологии, как строят субурганы. На старых фото таких обоо видны все те же расположенные веерообразно древковые виды оружия. По какой-то причине в некоторых местностях в 1990-х годах вместо веерообразной установки древков под наклоном стали делать похожие на высокие скамейки держатели, в отверстия которых вертикально ставили древки флажков хийморин.

Дорж Цыбикдоржиев

Продолжение

буддизм

Читайте также

Комментарии